Реставратор икон из Ижевска: «От долгой работы с растворителями может заболеть голова»

Автор: | | Комментариев: 0 | Просмотров: 2323

Мария Бехтерева о методах реставрации икон и неожиданных открытиях в процессе работы

В Удмуртском республиканском музее изобразительных искусств хранятся картины региональных художников. Со временем лак на них темнеет, появляются повреждения. И тогда экспонат спасает реставратор. Мария Бехтерева, реставратор икон из музея ИЗО, рассказала IZHLIFE о тонкостях своей профессии.

Родители пошли по стопам дочери

Мария родилась в творческой семье. Родители девушки – художники. Но, несмотря на свой род занятий, они уговаривали дочь стать кем угодно, только не художником: профессия неприбыльная и сложная. Девушка готовилась к поступлению в медицинский, пока в старших классах чуть ли не случайно оказалась в Пензенском художественном училище на дне открытых дверей для абитуриентов.

– Нас провели в реставрационную мастерскую, и я увидела, что делали студенты со старыми иконами. Они творили чудеса с потемневшими под олифой (защитное покрытие, которым в древности защищали иконы – прим. ред.) досками, на которых постепенно проявлялись произведения искусства, которые уже давно никто не видел. Меня это поразило, и я сказала маме, что хочу быть реставратором, – рассказывает Мария.

Раньше иконы покрывали защитным слоем – олифой. Со временем олифа темнеет. Защитный слой тяжело снимать. Сейчас Мария делает потемневшее покрытие тоньше с помощью растворителя. Фото: Амир Закиров

До этого момента девушка даже не ходила в художественную школу. Родители приняли выбор дочери, и мама буквально за два месяца научила ее азам живописи.

Этого хватило, чтобы сдать вступительные экзамены и поступить в Пензенское художественное училище им. К.А. Савицкого. Через год Мария поступила еще и в семинарию на отделение иконописи: чтобы реставрировать иконы, хотелось больше узнать, как их пишут.

Кстати, родители не только приняли выбор девушки. Они сами окончили курсы реставрации и теперь работают реставраторами лепнины в Москве.

После училища Мария устроилась работать в музей ИЗО. Девушка работает здесь уже четыре года.   

Удаляла огромные ржавые гвозди из доски иконы

Рабочий день Марии длится восемь часов. Но иногда девушка настолько увлекается процессом, что может сидеть до вечера в фондах музея. Кстати, их местонахождение – секретная информация: там хранятся ценные картины удмуртских художников. Иногда нужно долго работать над одним процессом, поэтому реставратору важно быть терпеливым.

Фото: Предоставлено Музеем искусств

За год Мария выполняет полную реставрацию от трех до пяти икон. Ежегодно в музее собирается реставрационный совет и выбирает, что нужно привести в порядок в этом году. Решение зависит от состояния экспонатов и выставок, на которых они могут понадобиться. Обычно девушка занимается несколькими иконами параллельно: многие процессы требуют времени.

Сейчас реставратор работает над иконой Казанской Божьей матери. Это новый опыт для девушки – раньше она не работала с иконами, у которых есть оклад, так что поначалу Мария боялась к ней приступать. Поэтому отправилась вместе с экспонатом на стажировку в реставрационное училище Суздаля, где ей помогли снять оклад, прибитый огромными ржавыми гвоздями. Было сложно: от гвоздей отвалились шляпки, а они сами остались внутри. Металл покрылся ржавчиной – ее удаляли бормашинкой.

– Когда сняли оклад,на икону нельзя было даже дышать: под окладом открылись  многочисленные смещенные со своих мест фрагменты красочного слоя с левкасом. Впоследствии каждый фрагмент иголкой подбирался под свое место как мозаика, и подклеивался.

При работе выяснилась интересная деталь: под ликом Казанской Божьей матери кроется еще одно изображение.  Это разгадали по мелким утратам красочного слоя, в которых под микроскопом был обнаружен ниже лежащий слой сусального золота и рисунок.  Так же по полям иконы видны гвоздевые отверстия, оставленные от раннего оклада. Икону будут исследовать с помощью рентгеновских лучей, чтобы понять, что кроется под видимым нам изображением. Исходя из полученных в результате данных реставрационный совет решит, стоит ли удалять запись.

Сейчас Мария работает над иконой Казанской Божьей матери. В доске остались глубокие отверстия от гвоздей с оклада. Время создания иконы пока неизвестно Фото: Анастасия Захарова

Сейчас изображение находится под профилактической заклейкой, чтобы обезопасить живопись в то время, пока Мария будет работать с укреплением древесины.

Делает тонировки светлее оригинала

Главное правило реставрации – обратимость. Если что-то пошло не так, должна быть возможность в любой момент все сделать как прежде. Еще одно правило – уважение к иконе. Специалист понимает, что шедевр прожил долгую жизнь, и относится с уважением в каждой царапинке, потому что это история произведения.

– На иконе Казанской Божьей матери есть скол от крепления. Мы не знаем, как именно он появился, но он рассказывает нам о судьбе иконы. Поэтому древесину я укреплю, но полностью восстанавливать так, как было прежде не стану. На другой иконе есть потертости и утраты красочного слоя на полях. Возможно, она находилась в киоте. Поэтому я буду делать тонировки чуть светлее, чем тон авторской живописи. Зритель при этом не будет отвлекаться на светлые пятна левкаса, но будет видеть, где рука автора, а где реставратора. Каждая утрата в произведении рассказывает нам историю длинной жизни, которую нужно сохранить,  – говорит Мария.

Реставратор выводит икону из аварийного состояния и укрепляет, выполняет консервационные и реставрационные процессы, но оставляет на ней следы времени Фото: Анастасия Захарова

Рука реставратора отличается от руки мастера. Например, Марии часто приходится делать тонировки – восполнять утраты красочного слоя. Для этого девушка берет чуть более светлые оттенки, чем у автора. Делать тонировки можно, например, с помощью множества мелких точек. Для взгляда обычного зрителя это незаметно, но специалист может увидеть, где работа автора, а где над картиной уже поработал реставратор.

– Иногда после реставрации для действующих церквей иконы выглядят как новые, но в музейной коллекции икон должна сохраняться история. Например, мне очень понравилось  реставрация икон Андрея Рублева в Третьяковской галерее. На них тонировки выполнены под потертости красочного слоя, и не претендуют на руку автора, – говорит Мария.    

Тонировки делаются акварелью – ее легко удалить в случае необходимости Фото: Предоставлено Музеем искусств

  Блиц

– Разводите ли для реставрации такие же краски, как и в древности?

– Традиционно иконы пишутся яичной темперой: это пигменты, которые растирают с яичной эмульсией. Темпера со временем твердеет, поэтому для реставрации она не подходит. Главное правило реставрации – обратимость, и для этого лучше всего подходит акварель. Я пробовала писать иконы яичной темперой, когда училась в семинарии.  

– Когда бываете в музеях, на что в первую очередь обращаете внимание?

– В первую очередь замечаю тонировки и другие следы реставрации. Это уже профессиональная болезнь. Но это очень помогает в работе.

– Есть ли в мировом искусстве примеры неудачной реставрации?

– В одной церкви Испании прихожанка попросила икону, чтобы ее отреставрировать. Она не профессионал. В итоге у нее получился «пушистый Иисус». Я лично эту икону не видела, но в интернете это бурно обсуждали.

Фото: https://ru.wikipedia.org/wiki/

– Какие науки нужно изучать реставратору?

– Реставратор – одновременно химик, художник и немного биолог. Например, нужно постоянно следить, какие новые растворители или клеи появляются, достаточно ли они протестированы и в чем их преимущества . Если на иконе заводится плесень или жук-точильщик – нужны уже знания из биологии.

– Соблюдаете ли религиозные обряды перед реставрацией икон?

—Я из верующей семьи, и верю в Бога. Перед реставрацией читаю «Отче наш». Регулярно причащаюсь. Но строго все обряды и посты не соблюдаю.

– Опасна ли профессия реставратора для здоровья?

– От запаха растворителей может болеть голова, если не соблюдать меры предосторожности. В помещениях, где проходит реставрация, обязательно должна быть хорошая вентиляция. Растворители должны быть плотно закрыты. Если соблюдать все меры безопасности, то вреда здоровью не будет.

– В каких условиях должна проводиться реставрация?

– Желательно условия должны быть такими же, как и в фондах, или в помещении, где находился предмет. В фондах и в реставрационной мастерской должна быть оптимальная температура и влажность воздуха для хранения коллекции. От смены условий икона может по-разному себя повести, например, могут появиться вздутия левкаса и красочного слоя, или трещины в древесине. Поэтому я реставрирую иконы в фондах.

– Где можно увидеть иконы, которые вы реставрируете?

– Все зависит от выставок. Иногда меня просят экстренно отреставрировать икону перед показом, если она вписывается в тематику выставки. В основном иконы хранятся в фондах.  

Досье 

Мария Бехтерева

Фото: Амир Закиров

Возраст: 27 лет

Семейное положение: не замужем

Хобби: рисование

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:

Мастер чайной церемонии из Ижевска: «Самый вкусный пролив – когда люди наслаждаются чаем без чая»

Артист балета из Ижевска: «Если происходит заминка – импровизируем»

Следователь из Ижевска: «Вызвали на работу во время новогоднего поздравления Президента» 

  


ПОДЕЛИТЬСЯ

1
    Социальные комментарии Cackle
    Подпишись и получай
    главные события дня на почту
    ПОДПИШИСЬ НА РАССЫЛКУ IZHLIFE:

    С нас короткое письмо - каждый вечер
    Спасибо, я уже подписался
    Система Orphus