Одни тещи или свекрови постоянно дают непрошенные советы, другие приезжают без звонка, третьи считают себя полноправными участниками всех семейных решений. Почему некоторые родители легко отпускают взрослых детей, а другие продолжают жить их жизнью в новой семье? Психологи объяснили, что на самом деле скрывается за таким поведением и как выстроить границы, не разрушив отношения.
Какая обстановка в ижевских семьях?
Беспокойные советы, вмешательство в воспитание детей или постоянный контроль – для некоторых семей это обычное дело. Мы узнали у ижевчан, лезет ли их теща или свекровь в семью. Результаты показали, что у 52% в семьях все в порядке – свекрови и тещи уважают границы. У 32% они вмешиваются, но уже повзрослевшие дети не обращают на это внимание. У 6% раньше были конфликты, но сейчас все разрешилось. У 4% такое бывает, но лишь из лучших побуждений. А 3% опрошенных хотелось бы больше участия с их стороны.
Но почему мать не отпускает повзрослевшего ребенка, даже когда он завел свою семью?
Потому что он закрывал не ее потребность в роли родителя, а потребность в жизненном партнере. Он встал на то место, что у нее пустовало до его рождения. При этом пол ребенка не важен. Роль партнера могут выполнять как сын, так и дочь.
«Если у матери не было своей наполненной жизни, например, мужа, в которого она вкладывается, или муж нелюбим, не было своих интересов, внутренней опоры, то ребенок становится тем, ради кого она живет и кто дает ей ощущение нужности. Свадьба для такой матери это не про гордость и ощущение, что сын вырос, а доченька нашла любовь. Это про ужас – «мое у меня забирают». И она вмешивается, потому что борется за свое место рядом. Отпустить – для нее значит остаться с той пустотой, которую ребенок всю жизнь закрывал», – подчеркивает психолог, психоаналитик, автор двух книг по психологии отношений, международный коуч ICF Анастасия Андриян.
Где граница между заботой и вмешательством в семью
Граница проходит там, где заканчивается запрос, говорит Марина Калюжная, врач психиатр-нарколог, основатель Клиники доктора Калюжной. Пришла помочь с ребенком, потому что попросили – это забота. Приезжает каждое воскресенье и учит, как правильно варить суп, хотя никто не просил – это уже точно что-то другое. И вот здесь начинается самое интересное: пара почти всегда это чувствует, но не говорит вслух. Потому что называть вещи своими именами страшно. Назвать – значит признать, что есть проблема. Признать – значит что-то с ней делать. А кто хочет тратить на это нервы?
«Границы нарушаются, если в вашей спальне, семейном бюджете, методах воспитания или даже планах на отпуск постоянно присутствует третий человек, которого туда не звали. Или звали. Да. Потому что эта симбиотическая связь с ребенком двусторонняя. Все решения принимаются с оглядкой на маму, конфликты обсуждаются с мамой, мама в курсе того, что должно оставаться между двумя людьми. В некоторых случаях двое объединяются против третьего. Причем это не всегда мать и ребенок – это может быть она и партнер ее ребенка», – добавила Анастасия Андриян.
Кто должен выстраивать границы?
Тот, чья это мама или папа. Это не жестокость и не феминизм-маскулизм. Это элементарная психологическая механика. Лезет свекровь, с ней говорит сын. Теща – дочь. Для матери слова родного ребенка об отдалении несут в себе страх и боль, и она может «присмиреть», слова же невестки или зятя запускают войну. Пара должна стоять единым фронтом, но озвучивает границу всегда «свой».
Если же жена пытается поставить свекровь на место, а муж молчит или занимает нейтральную позицию – это уж точно не нейтральная позиция. Это предательство. Именно так воспринимает это партнер – и в большинстве случаев так оно и есть.
Анастасия Андриян назвала ошибки, которые совершают партнеры в этой ситуации:
-
Главная ошибка пар как раз в том, что муж прячется за жену («Ну скажи ты ей сама»), потому что не хочет быть плохим для мамы. Он сам не прошел сепарацию и внутри себя понимает, что мать его жену не послушает. Так он сможет и дальше сидеть на двух стульях. И да, он понимает, что подставляет жену под удар. И тут рождается треугольник: невестка воюет со свекровью, а сын в стороне, сидит и наблюдает, внутренне понимая, что обе его женщины на месте.
-
Вторая ошибка – молча терпеть годами, а потом взорваться скандалом. Граница, поставленная в крике, выглядит как агрессия, агрессор нарекается истериком или истеричкой, партнер – молчит, отношения ухудшаются.
«И еще одна ошибка – разговор с родителем вместо разговора друг с другом. Люди ходят к свекрови объясняться, устанавливают правила посещений, пишут просьбы не приезжать без звонка. А при этом так и не сказали мужу или жене: «Мне с этим тяжело. Мне нужна твоя поддержка». Граница в семье выстраивается изнутри, а не снаружи как бы этого не хотелось», – говорит Марина Калюжная.
Что говорить родителям, которые лезут в семью
Забудьте про скрипты или готовые фразочки из интернета. Главное – интонация и позиция. Не «Мы бы хотели», не «Нам кажется», не «Понимаешь, тут такое дело». Говорить надо просто и без извинений за то, что у вас есть своя жизнь. «Мы разберемся с этим сами». «Мы будем рады видеть тебя в субботу, в остальное время нам нужно свое пространство». Без драмы, без объяснений почему. Объяснять – значит приглашать к дискуссии.
Несколько рабочих формулировок:
-
«Спасибо, мы учли твое мнение».
-
«Мы решили вот так, поддержи нас, для нас это важно».
-
«Мы ценим твой опыт. Сейчас нам нужно набить свои шишки».
-
«Я умею принимать решения, ведь ты меня так воспитала».
Сначала нужно признать ценность человека, затем твердо обозначить решение. Не оправдываться. Оправдания читаются как слабость и приглашают к дальнейшему давлению. И нужно перестать бояться обидеть, понять, что вы не контролируете чувства матери. Вы можете подобрать идеальные слова, но она все равно обидится. А можете сказать что-то в запале, и оно сработает.
«Меня в этой теме всегда удивляет, что разговор обычно идет о том, как правильно сказать «нет» свекрови или теще мягко, с улыбкой, без скандала, а самый важный вопрос при этом остается в стороне! Почему муж или жена не могут или не хотят сделать это сами. Когда родитель просто «не отпускает» взрослого ребенка годами, это почти никогда не про избыток любви. Это про тревогу за собственную значимость, за то, что станет с ее жизнью, если сын или дочь окончательно переключатся на уже свою семью», – уверяет Марина Калюжная.
Так, за маской «я только хочу помочь» стоит страх потерять роль. А роль – единственная структура, которая держит таких людей. Они не осознают, что делают что-то плохое. Именно поэтому уговоры и объяснения почти никогда не работают – нельзя логикой починить то, что держится на страхе.
Если партнер годами не может или не хочет выставить родителю границу, вопрос уже не про свекровь. Вопрос про то, какие отношения у него с собственной тревогой, с виной, с ощущением себя взрослым человеком. Часто это тянется из детства (классика), из семьи, где не было разрешения иметь свое мнение.