Несмотря на рост числа соискателей в медицинской сфере, российское здравоохранение продолжает испытывать острый кадровый дефицит, пишут Известия со ссылкой на исследование «Ингосстраха», сети клиник «Будь Здоров» и портала SuperJob.
С начала 2026 года количество резюме медицинских работников выросло на 21%, однако большинство специалистов уже имеют работу и лишь ищут более выгодные предложения. При этом число открытых вакансий в отрасли за год сократилось на 14%, однако нехватка кадров по-прежнему остается серьезной. По оценкам Минздрава России, в стране не хватает около 23 тыс. врачей и более 63 тыс. специалистов среднего медицинского персонала.
Эксперты отмечают, что наиболее востребованными остаются терапевты, хирурги, неврологи, врачи ультразвуковой диагностики, стоматологи, процедурные медсестры и ассистенты стоматологов. Многие специалисты вынуждены совмещать работу сразу в нескольких медицинских организациях.
По словам заместителя генерального директора сети клиник «Будь Здоров» Марины Поповой, кадровый дефицит сохраняется несмотря на приток новых специалистов. Она подчеркнула, что значительная часть врачей работает по совместительству, а высокий уровень эмоционального выгорания остается одной из главных проблем отрасли.
Как отметили в «Ингосстрахе», нехватка медицинских работников заставляет работодателей искать новые решения, в том числе внедрять цифровые сервисы и инструменты на базе искусственного интеллекта, которые помогут снизить нагрузку на персонал.
Наибольшее количество вакансий в сфере здравоохранения сегодня приходится на Москву, Санкт-Петербург, Свердловскую область, Краснодарский край и Татарстан.
По мнению экспертов рынка труда, особенно остро кадровый голод ощущается в небольших городах и сельской местности. Дефицит зачастую компенсируется переработками действующих сотрудников, что увеличивает нагрузку на врачей и медсестер и может сказываться на качестве медицинской помощи.
Специалисты также связывают нехватку кадров с высокой ответственностью, значительной нагрузкой, недостаточным уровнем оплаты труда и профессиональным выгоранием, которое усилилось после пандемии COVID-19.
